Юность, переплетенная с войной

Федирко Николай Лукич, полковник в отставке, в ВС - 34 года
Когда фашистские захватчики вошли в село Бережевка на Черниговщине, Николаю Федирко было 14 лет. Отец воевал на фронте, а мать сама воспитывала 3 детей. Годы фашистской оккупации в родном селе навсегда запечатлелись в памяти Николая Лукича: ежедневные безосновательные аресты и расстрелы односельчан, и просто чудом эта беда обошла его семью.  

Накапливая в своем сердце ненависть к мучителям и желание отомстить, Николай с нетерпением дождался своего 17-летия и стал солдатом Советской армии.

"Посадили нас, молодых призывников в товарный вагон и 17 суток везли в Красноярский край, где находился 37 сибирский учебный пункт, осуществлявший подготовку солдат для фронта. Так как у меня было 7 классов образования, направили меня сразу в отдельный батальон, проводивший подготовку сержантов, - вспоминает Николай Лукич. - В батальоне проучился я 2 месяца, и, сдав экзамены, был распределен на 2-й Белорусский фронт, которым командовал маршал Рокоссовский.

Тогда на территории Беларуси и Польши шли ожесточенные бои. Гитлеровцы из последних сил оказывали безумное сопротивление.

Я был назначен заместителем командира взвода автоматчиков. Помню, как-то на участке фронта, где воевал мой взвод, нам пришлось идти в наступление без поддержки танков, после короткого артиллерийского обстрела немецких передовых позиций. После того боя из 42 человек личного состава взвода в живых остались 16.
Это были бои за освобождение Беларуси, и во время решающей операции, после которой Беларусь была полностью освобождена от оккупантов, в наше подразделение не вернулась группа разведчиков. Так, по трагическому стечению обстоятельств, я стал разведчиком (командованию было необходимо срочно сформировать новое разведподразделение, и оно было создано из личного состава нашей дивизии).

Разведчиков на фронте любили, но нести службу в этой структуре на порядок сложнее, чем в других, хотя и интереснее. Вместе с тем, разведка - это настоящее искусство. Надо уметь (и уметь мастерски!) в совершенстве, в любую погоду изучать объект нападения (иногда это могло занять и неделю), систему обороны, быть выносливым, храбрым (но храбрость должна быть разумной), и что там говорить - даже ползти - и то надо уметь правильно.

Когда мы готовились к операциям, вещи на себе размещали так, чтобы ни в коем случае ничего не стучало, не звенело и не шелестело, и при этом, чтобы не мешало, не стесняло движений. А проверяли, все ли верно сделали, просто - попрыгав на месте.

Саперную лопатку клали не в чехол, а закладывали рукояткой за ремень так, чтобы сама лопатка закрывала сердце. Это могло спасти от слепой пули.

Как-то, во время одной из разведок боем немцы открыли по нам минометный огонь. Я был ранен тремя осколками снаряда. Истекая кровью, я потерял сознание. Пришел в себя на руках у медицинской сестры, которая, перевязывая раны, приговаривала: "Терпи, сержант, терпи, родной". В одной из ран осколок остался торчать и сестренка начала его вынимать, а я от нестерпимой боли не выдержал и закричал. Тогда она прямо на поле боя, под свист пуль наклонилась и поцеловала меня. Кричать я, конечно, перестал, хоть вынимать осколок она продолжала".
 

Николай Лукич и теперь, через 65 лет, говорит, что именно этот поцелуй заставил его выздороветь после тяжелого ранения. "Ведь это был мой первый в жизни поцелуй, - говорит полковник в отставке. - Хотел найти ту сестренку после войны, отблагодарить за спасенную жизнь, и, к сожалению, кроме имени ее - Маша, и того, что она из Ленинграда, ничего о ней узнать больше не успел".
18-летнему сержанту Федирко не раз приходилось участвовать в успешных операциях по взятию "языка". Бывали случаи, когда приводили в штаб дивизии и по 5 - 7 пленных.

А когда закончилась война, домой шел пешком 25 километров - не мог дождаться транспорта, который в родное село ходил редко.

"После войны я 2 года прослужил в Германии, а потом был направлен в Иркутск. Однажды, - вспоминает Николай Лукич, - приехал представитель одной из красноярских воинских частей, набирать разведчиков для службы там. И оказалось, что это - фронтовой побратим, старшина разведки". Так Федирко попал в Красноярск, где ему после 7 лет фактической срочной службы присвоили звание младшего лейтенанта.
На протяжении всей своей службы Николай Лукич был разведчиком, а закончил службу начальником оперативного отдела бывшей 30 танковой дивизии.
Полковник в отставке Федирко Николай Лукич в настоящее время проживает в небольшом городке Новоград-Волынский, что на Житомирщине, ведет активную жизнь - часто встречается с личным составом 30 отдельной механизированной бригады, ветеранами, молодежью города. И нередко вспоминает и напевает любимую фронтовую песню:

«Там, где разведчик без звука пройдет
Родная дивизия двинет вперед...».