Тропами связного разведки

Среди тех, кто выжил на чужбине и не отрекся от родной земли, – Петр Когут. О нем этот рассказ.
Петр Михайлович Когут родился 19 ноября 1919 года в крестьянской семье в селе Петруша Воля на Лемковщине.  

В ноябре 1939 года после оккупации Польши фашистской Германией по рекомендации польских антифашистов перешел на советскую территорию и обратился к представителям разведывательного отдела Киевского особого военного округа во Львове. После проверки прошел ускоренный курс подготовки и в конце 1939 года был переброшен на оккупированную фашистами территорию Польши под фамилией Петр Войтович для обеспечения связи с разведывательной группой, действовавшей в районе Перемишль-Сянок-Горлица.

Основными задачами разведывательной группы были: сбор данных политического и экономического характера относительно ситуации на оккупированных территориях, добывание сведений о планах, составе и дислокации фашистских войск, а также относительно важных объектов инфраструктуры (в первую очередь, военных аэродромов, хранилищ с горючим и боеприпасами).

Добытые разведчиками сведения Петр Когутов переправлял во Львов, нелегально пересекая государственную границу несколько раз в месяц. В обратном направлении он переводил разведчиков, переносил оружие, средства радиосвязи и шифровки с новыми заданиями для группы.
Петро Когутов
(фото из немецких документов)
Вспоминая то время, Петр Михайлович с улыбкой рассказывает: “Как только не приходилось пересекать границу. С контрабандистами переходил, под видом торговца-перекупщика, гражданского немца, влюбленного. Чего только не было. Но наиболее сложно в пограничной полосе было дождаться ночи. Поезд к железнодорожной станции, близ которой я переходил границу, прибывал утром, потому нужно было, не вызывая подозрения военных патрулей и органов контрразведки, дождаться темноты. Иногда сидел в лесах и полях, пока не стемнеет, но это было опасно из-за высокой вероятности натолкнуться на полицейский патруль”.

В состав разведывательной группы входили поляки: графиня Чеслава Зависляк (в прошлом капитан Вооруженных Сил Польши) и Даниил Киндзерский (в прошлом работник Министерства иностранных дел Польши в Варшаве), лемки: Гавриил Левицкий в Рюшеве, Даниил Левицкий и Николай Каплун в Кросне.

“Очень часто приходилось проявлять изобретательность”, – рассказывает Петр Когутов. “Однажды получил задание связаться с Даниилом Киндзерским. Приезжаю к нему в Варшаву, открывает двери его жена и говорит, что Даниила забрали немцы в строительный лагерь, который находится неподалеку. Прибываю к нужной станции и, пока поезд стоит, выхожу в привокзальное кафе выпить бокал пива, а сам ожидаю, когда поезд тронется. Как только он тронулся, бросаю пиво, выбегаю на платформу и на виду у собравшихся что есть духу кричу: “Стойте, меня забыли”, – но поезд, конечно, не останавливается. После этого я имею неопровержимое алиби и три часа свободного времени до следующего поезда. Подхожу к тому строительному лагерю, там на воротах немец спрашивает мои документы. Отвечаю ему, что я сегодня добровольно выезжаю на работу в Германию и имею желание попрощаться со своим товарищем. Слово “добровольно” производит впечатление на немца и тот вызывает Даниила, с которым я обсуждаю все нужные вопросы”.

Накануне войны, по указанию руководства советской разведки, было активизировано создание разведывательных сетей в Польше, для потребностей которых через границу перебрасывались средства радиосвязи и подготовленные радисты. В числе других в 1940 году Петр Когутов переправил на оккупированную территорию радистку Антонину Глыбу, которая через несколько лет станет его женой.


Петр Когутов с супругой Еленой Царенко

Настоящее имя Антонины Глыбы – Царенко Елена Кузьминична (1918 года рождения). В 1938 году окончила техникум связи в городе Харькове. Из-за увлечения парашютным спортом попала в поле зрения советской разведки. В 1940 году прошла курс подготовки радистов разведывательных групп агентурной разведки.

Рассказывая об этом периоде, Петр Михайлович вспоминает: “В апреле 1941 года, доставляя рацию для радистки, очутился на грани провала. Неподалеку от Варшавы поезд останавливается, и через громкоговорители объявляют “Всем выйти из вагонов с багажом”. Думаю, наверное, это конец. Смотрю по сторонам и вижу, что с другой стороны стоит немецкий военный поезд, где полно пьяных солдат. Открыл запасные двери (у меня был универсальный ключ, открывавший любые двери в вагоне), выпрыгнул и вскочил в первый открытый вагон. Через минуту поезд тронулся, а через час я уже был в Варшаве”.

Разведывательной группе, в состав которой входил Петр Когутов, накануне начала Великой Отечественной войны удалось добыть и передать в Центр важные сведения относительно боевого и численного состава группировки фашистских войск. Сложность обстановки в пограничной полосе вынуждала группу действовать изобретательно. Разведчики старались трудоустраиваться в рестораны, которые посещали немецкие военнослужащие, водителями к представителям органов местной власти, на железную дорогу и т.д. Однако иногда задания Центра вынуждали разведчиков действовать на грани разоблачения.

Петр Михайлович вспоминает: “Длительное время мы не могли установить номер одной немецкой дивизии. Применяли разные способы, однако безрезультатно. По получении сведений, что дивизия сосредоточилась в полевом лагере на полигоне, где проводятся учения, решили рискнуть. Однажды я притворился, что заблудился и открыто зашел в расположение полевого лагеря дивизии. Пока часовые меня остановили, успел увидеть табличку с нумерацией. За получение этой информации я был представлен к награждению орденом Красной Звезды”.

По результатам послевоенного анализа установлено, что эта разведывательная группа стала второй после Рихарда Зорге, которая передала шифровку о точной дате нападения Германии на Советский Союз.

С началом Великой Отечественной войны и отступлением советских войск от западных границ главной проблемой группы стал недостаток элементов питания для радиостанции. Несколько раз связные доставляли комплекты батарей, однако с начала 1942 года связь с Центром была потеряна. При таких обстоятельствах разведывательная группа продолжила сбор разведывательных сведений и установила контакт с польским движением сопротивления и партизанскими отрядами из числа бывших советских военнопленных, которые действовали в районе.

По свидетельствам боевых товарищей, Петр Когутов является прирожденным разведчиком. Тихий, молчаливый парень обладал отличной памятью, моментально запоминал пароли, явки, номера немецких воинских частей, количество и марки самолетов, которые базировались на фашистских аэродромах, танков, которые следовали через железнодорожную станцию или населенный пункт. В то же время он характеризуется как талантливый актер, хорошо владеет украинским, польским и немецким языками.



По завершении войны, Петр Когутов заочно окончил среднюю школу, позже – юридический факультет Львовского государственного университета им. И. Франко. Работал в сфере торговли и туризма.

В то же время личным “хобби” Петра Михайлович была и есть журналистика и общественная деятельность, которым он посвятил всю свою жизнь. Избирался заместителем председателя областного общества “Украина”, заместителем председателя областного отделения Украинского фонда культуры. Около пятисот его статей напечатано в газетах и журналах разных стран мира.

Награжден семнадцатью орденами и медалями.

Разведывательная деятельность П. Когутова в годы войны описана в книгах Ивана Любащенко “Незримое сражение” (Львов, в 1976 г.), Витольда Шимчука “На военном пути” (Жешув, 1980 г.), Валентины Коломиец “Прошел товарищ все бои и войны” (Львов, в 1988 г.) и Дмитрия Бедзика “Вспышка” (Киев, в 1983 г.).